Общее производство 3 видов шротов достигло 14, 3 млн тонн, прибавив 900 тыс. тонн к сезону 2024/25. Ключевым драйвером выступил рапсовый шрот, прибавив 0,5 млн тонн на фоне полной стагнации со стороны подсолнечного.

Как в случае и с производством экспорт подсолнечного шрота прибавил всего 2% к прошлому сезону на уровне 2,62 млн тонн при радикальной смене географии. Лидер прошлого сезона по его закупкам Турция (до 1,1 млн тонн) в сезоне 2025/26 сократила спрос почти на 27%, до 804 тыс. т.

Этот провал частично компенсирован восстановлением китайского спроса — рост на 44% до 633 тыс. т после снятия фитосанитарных ограничений на ряде предприятий, а также ростом отгрузок в Латвию (в 2,3 раза, логистический хаб ЕС) и Марокко.

На внутреннем рынке потребление сократится на 6,2% до 4,13 млн т на фоне оптимизации рационов в птицеводстве — производители замещают дорогой подсолнечный протеин альтернативами.

Производство соевого шрота увеличилось на 7,7% до 4,97 млн т благодаря высокому урожаю и запуску новых перерабатывающих мощностей в центральных регионах России. Внутри страны потребление прибавит умеренные 2,7% до 4,17 млн т.

При этом экспорт вырос на треть до 892 тыс. т. Основным покупателем остается Узбекистан с ростом на 94% до 262 тыс. т, где растет промышленное птицеводство. В то же время Китай увеличил закупки более чем в 3,4 раза до 57 тыс. т, диверсифицируя российские поставки.

Самым динамичным сегментом стал рапсовый шрот, экспорт которого взлетел на 56% и достиг знаковой отметки в 1 млн тонн. Почти 78% этого объема забирает Китай — 780 тыс. т, что на 89% больше прошлогоднего показателя. Взрывной рост объясняется двумя факторами: дефицитом собственного белка в КНР из-за перепрофилирования земель под зерно и вводом в эксплуатацию первой очереди специализированного глубоководного терминала в Приморском крае, который кратно увеличил пропускную способность восточного направления. Дополнительный вклад внесла Беларусь с почти пятикратным ростом до 44,6 тыс. т.

Ранее в Масложировом союзе сообщали, что ограничения поставок рапсовой продукции с ряда российских заводов, введенные китайскими регуляторами, ставят под угрозу стабильность экспорта рапсового масла в КНР. Причиной блокировки предприятий послужило выявление китайскими таможенниками следов ГМО в продукции. Чтобы избежать новых ограничений российские МЭЗы начали внедрять совместные с аграриями программы тестирования сырья. При этом спрос со стороны китайских покупателей с начала года сохранялся на высоком уровне, несмотря на точечные ограничения и риски расширения стоп-листов, отмечают в союзе. Итоговая динамика экспорта будет зависеть от оперативности действий российских властей по возобновлению допуска заблокированных мощностей. «Фактические объемы поставок будут зависеть от скорости решения по снятию ограничений на поставку рапсового масла и шрота, наложенных на ряд отечественных производителей», — прокомментировали в Масложировом союзе.

Внутреннее потребление выросло на 10% до 1,6 млн т — российская молочная отрасль активно внедряет рапсовый белок в кормовые программы для повышения надоев.

Жиры и соусы

Индустриальный сектор переживает сжатие. Производство снижается на 10% до 1,24 млн т, а экспорт сжимается на 5% до 225 тыс. т. Потребление маргаринов сократится на 8,2% до 1,12 млн т.

Главная точка в сокращении экспорта — Казахстан (-7% до 55,4 тыс. т), который нарастил собственное производство. Единственные точки роста — Таджикистан (+20%) и Азербайджан (+26%). Самый тревожный сигнал баланса — обвал конечных запасов на 75% до 7,2 тыс. т. Отрасль работает «с колес», лишившись возможности сглаживать сезонные колебания цен.

Потребление майонезной продукции выросло всего на 0,6% до 820 тыс. т, производство увеличилось сопоставимо до 910 тыс. т. Рынок достиг стадии насыщения, экспорт тоже остался на уровне прошлого сезона со стабильной географией отгрузок. Казахстан удерживает лидерство (42,9 тыс. т, +0,3%), заметный прирост показывают Узбекистан (+10,6%) и Азербайджан (+2,3%).

Ранее OleoScope подготовил отчет по экспорту за 7 месяцев 2026 года.